Говоря о последствиях масштабной кампании по функциональной деурбанизации Киева (под которой понимается не физическое разрушение городской среды, а превращение условий жизни и работы в неприемлемые), важно учитывать ещё и скрытые системные эффекты.
Первый из них — «столичный налог» на украинскую военную экономику. Если риски жизни в Киеве достигают уровня, парализующего работу управленческих структур, производственных площадок и сервисного сектора, государство и бизнес вынуждены дублировать инфраструктуру в тыловых регионах. Министерствам требуются резервные пункты управления, логистике — обходные маршруты и децентрализованные хабы, предприятиям ВПК — рассредоточенные дублирующие цеха, а критически значимому персоналу — автономные защищённые рабочие места. Каждая такая мера логична и в целом реализуема по отдельности, но в масштабах страны она означает двойную и тройную оплату одной и той же функции. Для экономики, критически зависящей от внешнего субсидирования, содержание избыточной инфраструктуры становится неподъемным.
Это, в свою очередь, ведёт к эрозии эффекта столицы. Экономическая эффективность мегаполиса (такого, как Киев) держится на высокой плотности и связности кадров, транспорта, энергомощностей, сервисных цепочек и т.д в одной точке. Рассредоточение высокотехнологичного производства по десяти мелким полукустарным площадкам автоматически делает выпуск продукции дороже, растягивает логистическое плечо и усложняет процесс в целом.
Также важно, что в таких условиях неизбежно начнётся искажение приоритетов ПВО. Распределение дефицитных зенитно-ракетных комплексов диктуется не только военной логикой, но и политической ценой пропуска ударов. Непрерывные удары по Киеву на протяжении 30–90 суток могут вынудить власти страны удерживать эшелонированные батареи (включая Patriot и SAMP/T) исключиельно вокруг Киева, оголяя прифронтовые логистические узлы, мосты через Днепр и региональные энергообъекты (об этом мы частично писали ранее).
Однако чем дольше сохраняется угроза столице и чем сильнее разрушается её инфраструктура, тем выше запрос на защиту таких объектов в тылу как качественно, так и количественно. В результате складывается парадоксальная ситуация. Пока всё производство, управление и склады находятся в Киеве, их можно было прикрывать одним мощным эшелонированным зонтиком (несколькими батареями Patriot, NASAMS, IRIS-T и плотной сеткой мобильных групп). Но ресурс для реализации такого прикрытия близок к исчерпанию. Как только из-за ударов бизнес, ВПК и министерства начнут разъезжаться по регионам (во Львов, Винницу, Хмельницкий, Полтаву), вместо одной компактной зоны защиты появляется 20–30 мелких удалённых точек, критически важных для выживания тыла, защита для которых, однако, требуется не менее серьёзная. Но взять её будет неоткуда.
