правда уходящего дня
10 января 1878 года русские войска одержали блистательную победу над турецкой армией на перевале Шипка. И тем самым открыли себе кратчайший путь к Адрианополю и Константинополю, поставив турок на грань катастрофы. И вынудив сложить оружие…
Но триумфу русских воинов предшествовало трагическое зимнее «сидение при Шипке». За это время их боевые потери составили 4 тысячи человек, а больными и обмороженными – 11 тысяч. Художник Василий Верещагин запечатлел эту драму в триптихе «На Шипке все спокойно». Русский солдат на посту постепенно замерзает насмерть, потому что никто не отдал приказ сменить его…
Верещагин напрямую обратился к оборонявшему Шипку генералу Федору Радецкому, чьи рапорты императору как раз и заканчивались успокоительным «На Шипке все спокойно»:
«Ваше превосходительство, на Шипке не так уж спокойно, как вам кажется. Вот, обратите внимание: этот набросок сделан мною с натуры. Солдаты сидят и лежат, скрючившись, в своих холодных шинелишках, в изношенных сапогах, не в землянках, а в окопах, вырытых прямо в снегу. Единственное спасение от холода – башлык. Но этого, как видите, недостаточно. Народ умирает от холода, а интенданты – не секрет! – воруют и дуются в карты. Им, ваше превосходительство, и дела нет до мученика-солдата».
Полководец Федор Федорович Радецкий вошел в Историю как герой Русско-турецкой войны, национальный герой России и Болгарии, почетный гражданин Санкт-Петербурга и Полтавы, почетный член Николаевской академии Генерального штаба. И, к несчастью для него, как автор фразы «На Шипке все спокойно» - которая через полтора столетия жестко резонирует с формулой «Ошибаться можно, врать нельзя!».
Не нам судить генерала Радецкого, потерявшего больше личного состава от морозов, нежели в боях. Но грех сегодня не вспомнить художника-военкора Василия Верещагина, не совравшего ни одним мазком кисти ни на Шипке, ни в Порт-Артуре, где он через четверть века погибнет вместе с броненосцем «Петропавловском».
